Параллель.

Автор: Wicked3659
Перевод: Lemuria
Вселенная: G1
Персонажи: Санстрикер, Проул, Мегатрон, Саундвейв, Рэтчет, Джазз
Рейтинг: NC-17 (порт/коннектор, провода)
Жанр: драма
Саммари: Прайм убит на поле боя. В обмен на жизни автоботов Проул соглашается сдаться Мегатрону на определённых условиях. Однако у некоторых автоботов другие планы.
Предупреждения: Букаф много, прона почти нет. AU, нон-кон, насилие, рабство, смерть персонажей. Но при всём этом букете некий намёк на хэппи-энд таки наличествует.
Повествование от первого лица – POV Санстрикера.
Оригинал: http://wicked3659.livejournal.com/103366.html
Разрешение на перевод получено.

***
Глава 1

Его пронзительная оптика засияла ярче, когда посеревший, безжизненный корпус бросили к его ногам. Его вентсистемы заработали чаще, и единственное, что он мог сделать – не наброситься на стоящего перед ним чрезвычайно самодовольного лидера десептиконов. Медленно отведя взгляд от поверженного меха, при жизни бывшего его другом, Проул устремил на Мегатрона тяжёлый, вызывающий взгляд, с едва заметным намёком на дрожь в своих дверцах.

- Ваш Прайм мёртв, - разнёсся над полем боя рокочущий голос.

Сражавшиеся с противником автоботы замедлились и, наконец, остановились, все до единого обратив оптику на Мегатрона, гордо возвышавшегося рядом с заместителем их командира. Все могли видеть оружие в руке Проула и огромную пушку Мегатрона, нацеленную точно в его шлем. Битва полностью замерла.

- Последний Прайм пал. Вы проиграли, - ухмыльнулся Мегатрон, прожигая Проула взглядом алой оптики. – Сдавайся, и я оставлю вам жизнь. Брось мне вызов, и ты будешь смотреть, как я перебью всю твою верную армию до последнего автобота.

//Проул… не надо//, - тихо прорычал Айронхайд.

Проул напрягся:

- Чего ты хочешь?

- Лишь того, чтобы ты встал на колени у моих ног.

- При одном условии, - твёрдо сказал Проул.

Мегатрон разразился громким, хриплым хохотом:

- Ты не в том положении, чтобы выдвигать какие-то требования!

- Проул, не делай этого! Мы можем драться!! – выкрикнул Сайдсвайп, сжимая кулаки, когда Мегатрон зарядил направленную на Проула пушку.

Слегка сместив прицел, Мегатрон выстрелил. Проул резко обернулся, чтобы увидеть, как сражённый Сайдсвайп падает на колени, заливая землю льющимся из груди энергоном. Отчаянный вопль прорезал воздух, и Санстрикер бросился к своему близнецу.

- Говори быстрее, Проул, или золотистый будет следующим.

- Нет! Мы сдаёмся, - Проул развернулся к нему, дрожа всем корпусом от сдерживаемой ярости.

- Проул, не смей этого делать! - заорал Санстрикер, прижимая к груди умирающего брата.

- При одном условии! – Проул повысил голос, заглушая крики Санстрикера, чтобы все могли услышать, и остальные автоботы подобрались ближе.

- Будь по-твоему, - протянул Мегатрон. – Я сейчас в великодушном настроении.

-Моя жизнь в обмен на их. Я буду в твоей власти, я буду на коленях… по собственной воле… у твоих ног, пока никому из них не будут причинять вреда, - изложил своё предложение Проул недрогнувшим голосом.

Оптика Мегатрона засверкала – опасно, жадно.

- Ты это всерьёз?

- Да.

Санстрикер взвыл, когда Искра Сайдсвайпа наконец потухла и его близнец похолодел в его руках. Он обратил к Проулу яркую от боли оптику и встретил взгляд праксианца, излучавшего сострадание и чувство вины всем своим существом. Покачав шлемом, золотой близнец безмолвно умолял Проула передумать, возобновить сражение. Лучше они все погибнут вместе, чем станут жить в плену.

- Интересно, - задумчиво произнёс Мегатрон. – Даю тебе слово, с этого дня, пока твои автоботы будут повиноваться мне и признавать мою власть, им не причинят вреда.

Над полем боя поднялся шёпот, как среди автоботов, так и среди десептиконов. Снова повернувшись к Проулу, Мегатрон указал на него пальцем:

- Теперь встань на колени и займи своё место у моих ног… раб.

Даже не вздрогнув, когда Мегатрон подался ближе, опуская пушку и не сводя оптики с лица праксианца, Проул молча открыл канал связи.

//Я не могу позволить всем вам погибнуть. Я подвёл вас и прошу простить меня.// Отослав это сообщение всей своей армии и стараясь не смотреть на наблюдающих за ним автоботов, Проул шагнул ближе. Он пытался не обращать внимания на ропот своих товарищей, пронзающий его Искру и наполняющий его раскаянием, ведь они, без сомнения, ждали, что он вот-вот придумает новый план для их спасения.

Это и был его план; это было всё, что он был в силах сделать. Мегатрон мог сдержать своё слово с вероятностью лишь в сорок три процента, и Проул мог только надеяться – опускаясь на колени перед лидером десептиконов, склонив голову и притушив оптику, – что этого будет достаточно.

***
«Это неправильно – видеть его таким униженным. Для того шарктиконьего выродка это игра – издеваться над ним в этот день, каждый земной год. В тот самый день, когда мы потеряли Прайма. Мне страшно думать о том, что ещё он с ним делает за закрытыми дверями. Мы всё ещё питаем к нему уважение, даже сейчас. Он был непоколебимым, он был стоиком, он был тем, кто никогда не улыбался… гм, что ж, сейчас у него есть весомая причина этого не делать.»

Мегатрону было всё равно, кто мог их видеть, когда он пользовался своей властью над ним. Это стало почти традицией, демонстрацией его победы и эффективным способом держать автоботов в узде. Взгляд рубиновой оптики скользнул к чёрно-белому меху, стоящему на коленях у его ног, и по его лицу медленно расползлась ухмылка. Сдвигая интерфейс-панель, Мегатрон знал, что слов от него не требуется: его раб знал, чего от него ожидали, и ему также были известны, лучше, чем другим автоботам, последствия неповиновения. Потребовалось немало времени, чтобы вытравить вызывающий взгляд из оптики праксианца, и Мегатрон взял за правило утверждать свою власть над ним через случайные промежутки времени, непредсказуемо, просто чтобы удостовериться, что мятежный настрой к нему не вернулся.

«Другие всё ещё хранят надежду; я слышу иногда, как они шепчутся о том, что он что-нибудь придумает, что он спасёт нас, как делал всегда. Хм… в тот день, год назад, мы потеряли не только Прайма и моего брата; я думаю, что мы потеряли и его тоже. С тех пор как Мегатрон забрал его, он больше не был таким, как прежде. Я не могу смотреть на это, это неправильно… и всё же я не могу оторвать взгляда от происходящего. Он никогда не смотрит на меня, не смотрит ни на кого из нас. Мегатрон превратил его в какого-то дрона – хотя с другой стороны, кто не постарался бы отключиться, если бы пришлось изображать интербота для этого тирана?»

Мегатрон ухмыльнулся, оглядывая помещение; сейчас здесь находилось больше автоботов, чем обычно, это могло объяснить нежелание его раба подчиняться приказу. Его терпение даже в лучшие времена было недолгим, а его раб тянул время. Недовольно взглянув на чёрно-белого меха, он крепко ухватил его за лицо и поднял, чтобы встретиться с ним взглядом. Опасное сияние рубиновой оптики было весьма красноречивым. Он не любил, когда его заставляли ждать. Оптика раба неуверенно мигнула, и он едва заметно качнул шлемом. Зарычав, Мегатрон поднял руку и ударил праксианца ладонью наотмашь, и тот упал на четвереньки. Устроившись поудобнее, он подтянул чёрно-белого меха к себе и обхватил ладонью его шлем, заставляя склониться к своему напряжённому коннектору и пропуская мимо аудиодатчиков сорвавшийся с губ раба слабый стон протеста. Позднее он заплатит за своё непослушание, сейчас же было необходимо укрепить свой контроль над ним, и все присутствующие должны были это видеть.

«Как же я хочу оторвать Мегатрону голову… Он редко жесток с ним в нашем присутствии, но сегодня что-то идёт не так, он противится, и я не могу не уважать его за это ещё больше. Мегатрон ударил его с такой силой, что даже я могу ощутить эхо этого удара, стоя у дальней стены. Я чувствую, как Саундвейв наблюдает за мной, ждёт от меня реакции. Я не доставлю ему такого удовольствия. Я не знаю, откуда он берёт силы, чтобы подняться, но знаю, что ему больно, даже отсюда я вижу энергон на его лице. Я хочу, чтобы он оставался на полу, молча надеюсь, что он останется лежать. Но он никогда так не делает. Иногда мне кажется, что я вижу проблеск той гордости, той проклятой высокомерной сволочи, которая всегда была на шаг впереди нас с Сайдсом; всякий раз, когда Мегатрон повышает голос или замахивается на кого-то из нас, я вижу в нём какую-то искру, но потом старина Мегз будто бы вспоминает об их соглашении и сдерживает себя.»

Крепко держа своего автобота, Мегатрон надавил на его шлем, и когда тёплый рот сомкнулся вокруг его коннектора, он издал низкий стон и удовлетворённо заурчал. Его целью было даже не удовольствие, целью была демонстрация его контроля. Удерживая Проула на месте, Мегатрон резко толкался бёдрами вверх, погружая подрагивающий коннектор в гладкий рот снова и снова, наслаждаясь тем, как глосса его раба легко касалась навершия. Удовольствие было просто бонусом, но Мегатрон не мог не смаковать его, изливаясь в рот праксианца, сильнее сжимая его шлем в ладонях и не давая отстраниться, слушая, как он давится его трансфлюидом, и заставляя проглотить всё до последней капли.

«Он сопротивляется, я вижу это по его корпусу, по его дверцам… Сомневаюсь, что кто-либо ещё замечает, как они подрагивают, но я замечаю, я вижу каждое дёрганье, каждую волну дрожи. Мегатрон никогда не позволял ему видеть, что они делают с нами. Я не знаю, в курсе ли он, может и да, это объясняло бы выражение стыда на его лице. Я уже видел этот стеклянный взгляд у мехов на арене, этот неживой взгляд меха, который уже покорился своей судьбе, отдал свою Искру Праймасу и уже ожидал смерти. Однажды я смог добраться до оружия, это вышло случайно, и это был единственный раз, когда я поймал на себе его взгляд. Он ничего не сказал, но его оптика сказала всё за него, я знал, чего он хотел от меня… Я даже направил на него оружие, нацелил ему в грудь, но… я не смог этого сделать. Хотелось бы мне знать, зол ли он на меня за то, что я не смог всё это закончить.»

Поднявшись и вздёрнув своего раба на ноги, сжимая в кулаке цепь, прикованную к ошейнику на шее Проула, Мегатрон закрыл свою интерфейс-систему. Всё это служило одной цели – безопасности. Даже сейчас Мегатрон не был настолько глуп, чтобы доверить бывшему заместителю главнокомандующего автоботов и искусному тактику хотя бы малую толику свободы. Это было его условием, и каждый день Мегатрон напоминал ему об этом. Кивнув Саундвейву и возвращая командный мостик в его распоряжение, Мегатрон повёл раба к выходу, выставляя его напоказ перед его товарищами-автоботами, как трофей, как любимого питомца, наслаждаясь выражением ужаса и отвращения на их лицах. Как трогательно, что они до сих пор проявляли сострадание и гнев за того, кто отдал все их жизни в его руки. Мегатрон заметил, как золотой близнец-ламборджини потянулся, чтобы коснуться дверцы Проула, когда тот проходил мимо. Проявление чего? Сочувствия, сострадания? Он сомневался, что его измождённый раб вообще ощутил это прикосновение. Проул был сломлен и принадлежал ему.

«Даже спустя столько времени я его не виню, никто из нас не винит. Осталось недолго. У кое-кого из нас есть план. Всё случится уже скоро. Он так близко, я тянусь к нему, даже не успев осознать этого, и дотрагиваюсь до его дверцы; я знаю, что он это почувствовал – она вздрагивает, едва заметно, так по-проуловски. Он меня почувствовал, я знаю это. Я надеюсь, этого хватит, чтобы придать ему сил. Продержись ещё немного, Проул. В тот день ты отдал за нас свою жизнь. Скоро мы тебе её вернём.»

***
Глава 2

Санстрикер угрюмо уставился на десептикона. В роли хозяина Саундвейв в общем-то не был ужасен – уж это, по крайней мере, Санстрикер мог сказать с уверенностью, - но и приятного в нём было немного. Хотя в этом мехе не было ни капли сочувствия к кому бы то ни было, отмечал про себя Санстрикер, он действительно заботился о своих кассетах. Видел ли он в этом выгоду или искренне нуждался в компании, Санстрикер не знал, но покровительство по отношению к кассетам проглядывало в Саундвейве не раз. Что же до самого Санстрикера, он чувствовал себя скорее предметом увлечения, неким объектом исследований для десептиконского связиста. Он замечал натянутость между Саундвейвом и Шоквейвом всякий раз, когда они оказывались в одном помещении, и Санстрикер прекрасно знал об интересе Шоквейва к нему, о его желании заполучить близнеца-ламбо на роль своего персонального раба, после того как десептиконы одержали победу. Лишь вмешательство Саундвейва не позволило ему попасть в руки печально известного учёного. Санстрикер полагал, что ему стоило быть благодарным за это, однако каждый год его заставляли смотреть на то, как унижают его бывшего командующего, и такое он простить не мог.

- Автобот: без дела. Задачи выполнены? – внезапно подал голос Саундвейв, отрывая Санстрикера от размышлений.

- Да, - лаконично отозвался тот, не сдвинувшись со своего места в углу кабинета Саундвейва. Кабинета, который когда-то принадлежал Проулу. Если Саундвейв и расценил его вялую враждебность как неповиновение, то не подал виду. Санстрикер хранил молчание какое-то время, перекатывая в процессоре одну мысль. Саундвейв позволял ему кое-какие вольности, если он выполнял все возложенные на него в течение дня задания, и до сих пор не отказывал ему ни в чём, разве что ограничивая его общение с другими автоботами.

- Я бы хотел потренироваться, - внезапно произнёс он.

Саундвейв невыразительно посмотрел на него, и если что-то и отразилось на его лице, то осталось надёжно скрыто за маской и визором.

- С какой целью? – осведомился он.

- Меху нужно двигаться, чтобы держать себя в форме, - Санстрикер слегка пожал плечами. – Ты же не хотел бы иметь неспособного ни что раба?

Саундвейв молчал, разглядывая его с подозрением; он был не из тех, кого легко одурачить.

Санстрикер лишь сухо улыбнулся и растянулся на полу в полный рост.

- И не хотел бы предоставить Шоквейву основания изъять меня из-под твоей опеки, верно?

Сидящая на рабочем столе Лазербик чирикнула и взволнованно захлопала крыльями при упоминании имени Шоквейва, но быстро просияла, когда Саундвейв протянул к ней палец, позволяя ей ласково к нему прильнуть.

- Шоквейв не прикоснётся к автоботу, - произнёс он, скорее для Лазербик, чем для Санстрикера: кассетиконка успела в некотором роде привязаться к золотистому меху, невзирая на то, что сам он относился к ней с опаской. – Автоботу будет дозволено тренироваться с другими десептиконами.

- Смеёшься, что ли? – Санстрикер вздрогнул и возмущённо уставился на связиста. – Ты вообще в курсе, сколько десов хотели бы до меня добраться, и вовсе не для дружеских обнимашек?

Саундвейв почти незаметно мигнул визором, и из его вентсистем вырвался тихий вздох.

- Необходимо одобрение. Автобот: доставить энергон из рекрии. Ступай, - активировав следящее устройство на ошейнике Санстрикера, Саундвейв вернулся к работе.

Воспользовавшись разрешением уйти, Санстрикер покинул кабинет. Он любил эти периоды в течение цикла, когда Саундвейв хотел покоя и тишины. Ему доверяли в достаточной степени, не ожидая от него беспорядков или неприятностей, после того как он обнаружил, на что способен его ошейник, когда он нарушал установленные Саундвейвом правила. Этот опыт был не из тех, которые ему бы хотелось повторить. Встреченные по дороге в рекрию десептиконы практически не обращали на него внимания. Большинство из них привыкло к его блужданиям по коридорам, и никому не хотелось портить отношения с Саундвейвом. Этот мех мог быть тихоней, однако его методы поддержания дисциплины были таковы, что Проул по сравнению с ним, можно сказать, спускал близнецам всё с рук.

Санстрикер бессознательно стиснул кулаки, когда его мысли задержались на Проуле. Уже целый год никому из них не позволяли пообщаться с ним, и Санстрикер знал, что остальные весьма за него беспокоились. Он должен был найти способ подобраться к нему.

Свернув к медотсеку, Санстрикер направился к единственному меху, у которого, как ему было доподлинно известно, имелась возможность помочь ему. Почему он не додумался до этого раньше, он не имел ни малейшего понятия, хотя… это Сайдсвайп в их дуэте всегда был процессором, а сам он – физической силой.

***

- Ты спятил.

Санстрикер подавил желание зарычать, услышав этот пренебрежительный ответ. Он мог бы и догадаться, что Рэтчет будет крайне осторожен во всём, что касалось его безопасности.

- А ты слишком остро на всё реагируешь.

- Это безрассудство. Хочешь присоединиться к брату? Валяй. Только не жди, что я буду этому потворствовать, - фыркнул Рэтчет, наводя порядок в своём медотсеке, который в то же время являлся его тюрьмой.

Санстрикер застыл и хмуро уставился на медика, замерцав оптикой при упоминании о его близнеце.

- Не забывайся, - тихо произнёс он, поймав взгляд медика и удержав его на мгновение.

Вздохнув, Рэтчет невнятно проворчал в знак извинения. Он никогда не извинялся вслух, слишком много было того, за что стоило просить прощения, и они оба знали, что слова им были не так уж и нужны, учитывая, через что им всем довелось пройти. Со временем Санстрикер осознал, что он был не единственным, кто мучился от скорби, что не он один потерял кого-то близкого. Кто-то справлялся с этим лучше, чем другие. Остальные же… Джазза, к примеру, держали в почти постоянной изоляции после его неоднократных попыток спасти Проула. Его передали на попечение Шоквейва; всем было известно, что таким образом Мегатрон наказал его за то, что ему почти удалось украсть у тирана его личного раба.

Кто-то говорил, что именно десептиконский учёный свёл бывшего диверсанта с ума, другие шептались, что последней каплей для Джазза стала разлука с Проулом. Санстрикер знал Джазза в достаточной мере, чтобы не верить ни тем, ни другим; его терзало подозрение, что диверсант просто-напросто выжидает. Он был единственным, кому удалось поговорить с Проулом с момента их пленения, и в том разговоре прозвучало что-то… Санстрикер не мог избавиться от мысли, что именно то, что сказал Джаззу Проул, и удерживало диверсанта от действий, и теперь тот просто ждал подходящего момента, чтобы что-то предпринять.

- Рэтчет, я знаю, что ты беспокоишься…

- И с каких шлаковых пор тебя это волнует?

- Речь не о том, - быстро ответил Санстрикер, игнорируя направленный на него язвительный взгляд. – Это возможность приблизиться к нему. Тебе даже не дают его увидеть. Кто знает, позволяют ли ему заниматься своим техобслуживанием.

- Это делает Мегатрон.

Санстрикер поперхнулся словами и нахмурился. Позволить другому меху проводить своё техобслуживание было серьёзным знаком доверия, ему было сложно поверить, что Проул мог разрешить кому-то нечто подобное.

- Проул бы не стал… - тихо начал он.

- У Проула… нет выбора. Мегатрон запросил спецификации и требования для его систем почти год назад, и с тех пор я Проула не видел. Я не имею понятия, в каком он сейчас состоянии.

Золотистый мех не стал развивать эту тему; он знал, как близко к Искре Рэтчет принимал здоровье каждого автобота. Он всегда был в первую очередь медиком, и лишь потом – солдатом, это давило на него, и Санстрикер видел, как он винит себя.

- Думаю, мой план позволит нам подобраться к нему ближе, - тихо ответил он, преграждая Рэтчету путь.

- Я выслушал твой план и повторю то, что уже сказал. Ты свихнулся.

Санстрикер ухмыльнулся и сложил руки на груди.

- Возможно, именно поэтому я сумею с этим справиться.

***

«Я удивлён результатом этой авантюры. По правде говоря, мне не верилось, что десептиконов заинтересует обыкновенный спарринг, но по-видимому, смотреть на драку между автоботами, пусть и товарищескую, они считают чем-то вроде спорта. Я замечаю Мегатрона, сидящего рядом с моим так называемым хозяином. Он что-то нашёптывает ему в аудио и смеётся. По невыразительному лицу Саундвейва сложно что-то понять, но его оптика становится ярче, и я бы предположил, что он удивлён тем, что Мегатрон счёл таким забавным.

Пусть пялятся, мне нет до этого дела. Это не бой на смерть, просто спарринг, дающий возможность тем из нас, кто слишком долго торчал взаперти, выплеснуть хоть немного сдерживаемого отчаяния и гнева. Большинство из наших – вернее, из тех, с кем я сумел пообщаться, – согласились. Саундвейв даже оказался настолько любезен, что исполнил мою просьбу и отправил Мегатрону официальное прошение позволить его… рабу принять в этом участие. Я не знаю, ответил ли тиран согласием, но очень в этом сомневаюсь. Джазза даже не выпустили из изоляции, чтобы он мог хотя бы посмотреть. Меня это тревожит.

Клиффджампер. Я мог бы догадаться, что он будет в числе участников. Для такого мелкого меха в нём слишком много злости. Мы киваем друг другу – для беседы нет возможности, не здесь, в окружении десептиконов. Для этого мы стараемся улучать удобные моменты. Минибот держится против меня вполне неплохо, я впечатлён и немного раздосадован. Либо я теряю форму, либо он тренировался. Это наводит меня на вопрос, кто его хозяин. Некоторые из десов обращаются с нами лучше других, кое-кого можно было бы даже убедить поддержать нас, если мы восстанем против Мегатрона. Многие из них устали от его гнетущего правления, устали бродяжничать на этой планете, не имея практически никаких средств к существованию. Красть у людей и убивать их, чтобы отнять то, что им принадлежит, как жалкие грабители. Это не то, за что сражались многие из них, но большинство слишком боится бросить вызов существующим порядкам. Что неудивительно, учитывая, что случается с теми, кто подстрекает других к мятежу. Пример Хука вспоминается вполне отчётливо.

Я чувствую резкую боль, когда Клиффджампер ловко наносит мне удар, пользуясь тем, что я на мгновение отвлёкся. Приходится уступить ему этот раунд. Я остаюсь на месте и готов встретиться со следующим противником. Наверное, это одно из условий Мегатрона для разрешения на этот спарринг: я сражаюсь со всеми желающими, будь это дес или бот. Рэтчет маячит неподалёку, на случай, если кто-то решит, что с меня пора снять стружку. Мне прекрасно известно, что я не хожу в любимчиках у нынешнего населения Арка. Но меня это мало заботит. После короткого сканирования я готов ко встрече со следующим противником. Мне не показывали списка желающих принять участие в спарринге, так что представьте моё удивление, когда, обернувшись, я сталкиваюсь лицом к лицу с тем самым мехом, которого так надеялся увидеть.

Он стоит напротив меня, высокомерный и бесстрастный, как и всегда. Его взгляд холоден, спокоен. Если над ним и измывались сверх того, что я уже видел, по нему этого не скажешь. На какое-то мгновение я даже сомневаюсь в том, что Мегатрон держит его в качестве раба – мог ли он быть с Мегатроном на добровольной основе, вопреки тому, во что заставил меня верить? Вытряхнув эту мысль из процессора, я делаю шаг вперёд. Он следует за мной и ступает на маты.

Находясь на передовой во время войны, быстро учишься улавливать едва различимые знаки, которые враг невольно тебе подаёт. Ранения, которые он пытается скрыть, изъяны в психике. Движения Проула уверенны, но скованны. Я обращаю внимание на его руки и дверцы. Они дрожат. Он искусно скрывает это, но не до конца. Бросив взгляд на Рэтчета, уже по выражению его лица я могу понять, что он сделал пассивный скан и вовсе не рад состоянию Проула. Я чувствую, если бы не осознание, что его пристрелят на месте, он просто стащил бы Проула с матов и уволок прямиком в медотсек.

Вновь поворачиваясь к нему, я знаю, что не могу позволить себе нерешительность, все ждут от меня ненависти к нему из-за потери Сайдсвайпа, ждут, что я наброшусь на него, и мне придётся изобразить для них впечатляющее представление, иначе Мегатрон поймёт, что я что-то замышляю. Проул уже подозревает это, я вижу в его оптике то самое выражение, которое было у него всегда, когда кто-то успел нахулиганить, но виновных так и не нашли. Это всегда были мы, и Проул каким-то образом всегда это знал. Просто не мог доказать. Он готов к атаке; я знаю, что долго это не продлится, надеюсь только, что этого времени мне хватит, чтобы сказать ему несколько слов.

Когда я шагаю вперёд, чтобы нанести удар, мне в процессор приходит гениальная мысль. Это рискованно, для нас обоих, даже опасно для жизни. Волнение от того, что я наконец-то сделаю что-то стоящее, пусть и опасное, щекочет мою нейросеть. Всё это тянулось слишком долго. Хотя я не могу его предупредить, это единственный способ оказаться с ним наедине, и я знаю, что должен попытаться.

***
Глава 3.

- Юникрон бы побрал тебя и твои идеи! Мне бы следовало вручить тебя Шоквейву на переформатирование за то, что ты натворил! Ты вообще осознаёшь опасность, которой подвергаешь и его, и всех нас?! Мегатрон не шлаков идиот, прекрати думать, что можешь его перехитрить, он руководил этой армией ещё до того, как тебя заискрили! Ты ищешь смерти, что ли, это было твоей целью? Так оквинтенно хочешь отправиться за Сайдсвайпом, да? Это не ты будешь за всё это расплачиваться, а он! Ты вообще подумал об этом, перед тем как выполнять свой гениальный план?! Мегатрон мог убить его за это – не тебя, не меня, его!! Он в жизни не поверит, что бывший главный тактик и заместитель главнокомандующего автоботской армии даже руки не прикладывал ко всему этому! Да чем ты вообще думал, во имя Праймаса?!

Санстрикер ради приличия съёжился под извергаемой медиком гневной тирадой. Со стороны казалось просто чудом, как этот мех умудрялся сосредоточиться на повреждениях Проула и в то же время читать нотации столь прочувствованно, что самые буйные мехи под этим шквалом ощущали себя мелкими спарками. Бросив взгляд на Саундвейва, с извечно равнодушным видом маячившего рядом, Санстрикер снова глянул на Рэтчета и осторожно шагнул ближе, рискуя быть проткнутым отвёрткой.

- Мне нужно было поговорить с ним, - прошептал он оправдывающимся тоном.

- Сомневаюсь, что… - Рэтчет замолк, когда Проул тихо застонал, слегка шевельнувшись на платформе в ответ на действия медика. Метнув к Санстрикеру угрюмый взгляд, Рэтчет продолжил уже мягче. – Сомневаюсь, что даже Праймас смог бы дать тебе то, что тебе нужно. Я лишь надеюсь, что твои предположения верны, - он понизил голос до шёпота и бросил взгляд на наблюдающего за ними Саундвейва. Связист следил за происходящим по требованию Мегатрона, которого вызвали по делу в последний момент, не дав ему покарать раба Саундвейва на свой манер.

- Ты ведь знаешь, что тебе оквинтенно повезло, что ты ещё жив? – тихо добавил Рэтчет.

Санстрикер кивнул, опуская взгляд к Проулу.

- Он вышел из строя быстрее, чем я ожидал. У Проула были всякие заморочки, но… он мог драться, Рэтчет, - золотой мех говорил непривычно тихо, приглушённо, хотя и знал, что Саундвейв с лёгкостью мог слышать всё, что было сказано между ними, неважно, шёпотом или в полный голос. – Что он с ним сделал?

- Может, он разгадал твой план, - вяло пожал плечами Рэтчет, - может, ему хотелось пообщаться с кем-то ещё, помимо Лорда Мегатрона, - взглянув на обычно угрюмого меха и заметив беспокойство в его оптике, медик вздохнул. – Я не знаю, я знаю только то, что должен использовать эту возможность и сделать для него всё, что смогу.

- Как он?

Отогнув секцию брони, помятую из-за более старых повреждений, Рэтчет покачал шлемом и щёлкнул глоссой в отвращении:

- Как квинт знает что.

Фанфик

Фанфик изумительный, только мне, как и Санстрикеру, было весьма сложно понять все про эту петлю, план Проула и т.д.) пришлось перечитать несколько раз) Хороший конец, грустный, но хороший. Спасибо и автору, и переводчику.

Я плакаю

Лемурия, Вы передали все тонкости этого замечательного текста. Спасибо.
:° )

о госпади это

о госпади это шедеврально! у меня просто нет слов,как же все замечательно и грустно т.т

Какой хороший

Какой хороший фик, спасибо автору)))

Ооооч круто. Ну

Ооооч круто. Ну и ламбы в наличии)

Чудесный

Чудесный фанфик, спасибо *___*

Очень красиво и

Очень красиво и грустно. Мне очень понравилось как прописаны главные герои. Хиппи энд - это тоже здорово) ну, относительный хиппи энд) Спасибо огромнейшее за перевод

Предыдущий

Предыдущий коммент - мой, просто забыла зарегистрироваться >__< Ещё раз - спасибо за прекрасную работу!)

Это одно из

Это одно из самых сильных произведений по ТФ, что я когда либо читала. Очень благодарна Лемурии за перевод - он абсолютно гениальный. Обычно я над фиками редко плачу, но этот был исключением.

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • Use <!--pagebreak--> to create page breaks.

Подробнее о форматировании