Зона комфорта.

— Хм… — здесь уже заметно скис Рэтчет. Главврача понять было можно: паёк для арестантов приближался к критически возможному минимуму, а учитывая недавно сказанное лейтенантом, близнецы и правда получали обширные повреждения куда чаще, чем все остальные. Подобная недозаправка могла серьёзно повредить работающим на износ системам. Необратимо повредить.

Видимо, Ред Алерт также успел обдумать этот вариант, ибо тут же пошёл на уступку:

— Десять орнов ареста с обязательным медицинским осмотром в начале каждого цикла.

Рэтчет одобрительно крякнул и отвалился в кресло, как перебравшая энергона личинка скраплета. Но тут всё испортил Бластер, весело заявив:

— Ага, а также с профилактическим медосмотром, процедурами по расписанию и, в связи с этим, усиленной заправкой с полным спектром питательных присадок, пока пациенты лишены возможности побега!

Главврач только понимающе хмыкнул, оставив заявление специалиста по связи без комментариев. Но его ироничный взгляд куда живописнее отражал, что, возможно, вариант Бластера будет рассмотрен со всей серьёзностью.

— Нет, это просто возмутительно! — Ред Алерт не мог признать поражения, продолжая торговаться дальше. — Неужели вы не понимаете, что пока их серьёзно не прижать, это отвратительное поведение так и не прекратится!

— В таком случае требуй пять орнов ареста, — насмешливо подсказал старому товарищу Айронхайд под скупые смешки Бластера и Рэтчета. — Но уже без медподдержки!

— А вот и потребую! — в запале выкрикнул начальник безопасности, грозя непонятно кому кулаком. — И только попробуйте не удовлетворить моё прошение!

— Голосую за, — хлопнул по злосчастной консоли кулаком Айронхайд под тоскливый стон Ред Алерта. — И закончим уже. У меня ещё три тренировки перед отбоем, между прочим!

— Согласен на пять орнов, — ворчливо откликнулся Рэтчет. — Но пусть за ними в таком случае присматривает начальник караула. Только выпадения в стазис в камере для пущего счастья нам и не хватало.

— Ну, я как большинство, — широко улыбнулся Бластер. Связисту явно не терпелось вернуться обратно в любимую рубку. — Вот только не забудьте, что все эти нарушения не причина, а следствие. И пока горячим головам нечем занять себя, вы так и будете здесь устраивать исторические баталии друг против друга. А вообще, для полного равновесия предлагаю Алерту завести в отделе безопасности какого-нибудь молодого автобота. Вот тогда ваши шансы на победу значительно уравняются!

— Больно надо! — тут же нахохлился начбез. — Мне Инферно по самые антенны хватает с его неуёмной жаждой подвигов!

— Вот видишь! — тут же оживился Бластер. — Твой напарник далеко не юнглинг, а всё туда же лезет! А ты от вчерашних спарков ещё чего-то хочешь.

— Я хочу порядка! Порядка и дисциплины в отряде, — завёл любимую шарманку Ред, картинно схватившись за шлем. — А вам всем только бы шутки шутить да розыгрыши устраивать! Нет бы взять на поруки хотя бы по одному шалопаю и прививать ему уважение к фракции, организованность и усидчивость.

— А-ха-ха, — не выдержал Айронхайд и прикрыл фейсплейт ладонью.

Проул с облегчением продул воздуховоды. Пронесло. Даже Лидер улыбался под маской, это было понятно по мягкому блеску в его линзах. Но как только взгляд остановился на лицевой Мейстера, улыбка сама собой сползла с губ. Лейтенант не обращал ни на кого внимания, мрачно уставившись в глянцевую поверхность консоли. Его фейсплейт напоминал деактивную маску, что выдавало сильнейшие переживания. Проул не мог понять их причину, и это всерьёз его беспокоило.

— Джазз! — неожиданно прозвучавшее обращение от Оптимуса заставило диверсанта легко, но всё же вздрогнуть. Плохой признак. — В качестве положительного бонуса предлагаю тебе заняться поиском места под тренировочный ангар с холопроекторами.

На этом месте не только монохромный удивлённо шевельнул локаторами на шлеме, но и остальные озадаченно уставились на Прайма.

— Надеюсь, твоё новаторское предложение действительно позволит значительно разгрузить Ред Алерта. Потому что его попытки удержать дисциплину на приемлемом уровне, откровенно говоря, терпят бедствие.

— Вау, шеф, вот это новость! — первым пришёл в себя Бластер и, не удержавшись, пихнул Джазза в плечо. — Бро, тебе и карты в серво! Давай, не подкачай. Ежели что, то мы всегда на подхвате. Это я так, чисто напомнил на всякий случай.

— Замётано, — отозвался Джазз, вот только его голосу, на вкус Проула, не хватало былой уверенности. Что-то не так. Значит, следовало додавить его и вытащить на откровенный разговор. Тайны тактик любил, но не у своих и не такого рода.

— Будем считать, что на этой положительной ноте наше совещание наконец-то закончено, — Прайм по обыкновению поднялся первым. — Выражаю всем признательность за проявленное терпение и возможность дальнейшего диалога! Всем спокойного перезарядочного цикла.

Дальше Проул не слушал. Он просчитывал всевозможные причины подозрительного поведения партнёра, и, честно говоря, приемлемыми оставались всего семнадцать из двухсот шестидесяти возможных вариаций. Особенно огорчил побег Джазза из зала совещаний, едва Лидер всех отпустил. К слову, личный канал Мейстер так и не разблокировал.

2.

Проул бежал так быстро, как мог. Он боялся не успеть, опасался, что Джазз бездумно подставится ради двух отвязных форсеров. Да, ламбы были хороши, может, даже слишком хороши для их возраста, но они никогда не заменили бы Мейстера. Да и никто бы не смог заменить.

Нарушая все возможные правила, применив свою сигнатуру в качестве отмычки, подписав параллельно задним числом приказы о вынужденном взломе каюты другого офицера из-за форс-мажора и о внеочередной смене караула гауптвахты, тактик шагнул внутрь личной кварты диверсанта. На него насторожено уставились трое трансформеров. Как Проул и предполагал, Джазз попытался заставить близнецов заправиться под завязку, что значительно облегчило бы им время ареста. С его стороны это было вопиющим нарушением дисциплины и превышением должностных полномочий. При обязательном сканировании на входе в штрафной изолятор караульный гарантированно обнаружил бы превышение положенной нормы энергона в топливных баках арестантов. Вряд ли при этом они сумели бы внятно объяснить, откуда узнали о предстоящем заключении под стражу, как и то, каким образом им перепало контрафактное топливо, ведь все порции на базе были строго подотчётны. Следовательно, на горизонте для спасения их бамперов вынужден был появиться Джазз. Иначе административное нарушение плавно перекочевало бы в уголовку; а это гарантированное заключение на Гаррус-9 для самого лейтенанта и увольнение с позором из рядов автоботской армии для его подчинённых.

Проул рассчитывал разрулить всё миром. Но для начала следовало изолировать спорные элементы от уже проверенного. Во-первых, дабы исключить возможное влияние молодых бойцов на Джазза; а во-вторых, чтобы последний стал посговорчивей.

— Рядовые Санстрикер и Сайдсвайп, шагом марш в мой кабинет, — Проул решил с порога взять ситуацию под жёсткий контроль, иначе репутацию Мейстера не спасло бы даже чудо. — И там дожидаться моего появления и дальнейших распоряжений по стойке смирно. Выполнять!

Обычно Проулу приходилось прикладывать значительные усилия, чтобы выглядеть строгим, но сейчас всё было серьёзно. И боялся за партнёра тактик по-настоящему. Он знал, что близнецы и Джазз не любовники, чувствовал это Искрой, и плевать, какие там сплетни гуляют по Арку! Но то, что диверсант выделяет эту парочку из числа прочих солдат, было неоспоримым фактом. Следовало как можно быстрее выяснить первопричины, пока сам Джазз не наворотил дел, и пока у Проула оставался шанс всё исправить.

Видимо, выглядел он действительно внушительно, ибо Санстрикер и Сайдсвайп даже не подумали спорить, препираться или как-то иначе бузить в ответ. Фронтовики молча козырнули, и, поставив на небольшой столик своего командира недопитые кубы, так же молча вышли прочь. Проулу показалось на клик, что он может пробовать на вкус отчаяние лейтенанта, настолько сильно генерировали непривычную эмоцию чужие поля. За посторонних так Искра не рвётся, теперь он был уверен в этом. Самому Джаззу он верил как себе, а вот роль в этом деле ламборджини ещё следовало определить. Последние действия Мейстера наглядно доказывали его личную заинтересованность в благополучном активе двух сорвиголов, вот только ни одна доказательная база не объясняла подобного порыва. Это выглядело более чем подозрительно, и тактик справедливо опасался попытки манипулирования третьим старшим офицером в командовании через подставных ботов. Причём последние могли быть по-настоящему хорошими парнями, что, впрочем, не исключало возможности их использования вражеским гением.

— Джазз, ты не хочешь мне ничего объяснить? — как только за форсерами закрылась дверь, тихо вопросил Проул у застывшего словно каменистая глыба партнёра. Внутренний канал связи он при этом заблокировал, чтобы никто из коллег не смог помешать предстоящей беседе.

— Нет.

— Вот как? — праксианец в два шага преодолел разделявшее их расстояние, положив тёплые, тяжёлые ладони на тёмные плечи и заглядывая в синий визор. — Тогда давай для нашего лучшего понимания первым объяснюсь я. Ты отдаёшь себе отчёт, что вашей дурацкой заправкой ты гарантированно подставляешь не только своих подчинённых, но заодно и себя самого? Причём себя куда в большей степени.

Здесь Проулу пришлось сделать короткую пазу для того, чтобы Джазз не только услышал его слова, но и прогнал через перегруженные эмоциями процессоры. Тот стоял, напряжённый, словно пережатая пружина, усиленно гоняя циклы вентиляции, и упрямо молчал. Как Проул и ожидал, никакой разумной реакции на его слова не последовало, только напускное спокойствие затаившегося хищника. Пришлось перехватить плечи партнёра крепче, акцентируя всё его внимание на себе.

— Я вижу, что ты понимаешь — не можешь не понимать! Так почему творишь заведомую глупость? Не приди я сюда, у вас были бы гарантированные проблемы. Тут даже заступничество Оптимуса не помогло бы. А я не смог бы аннулировать прошедшие официальную часть протоколы смены, когда Ультра Магнус дал бы делу ход, всего лишь поступив согласно букве закона. А теперь смотри сюда, — он легонько встряхнул товарища. — Я отправил Санстрикера и Сайдсвайпа ко мне. Никто не узнает о вашем нарушении режима базы. Я переоформлю время приказа об аресте, так что вопросов при обязательном медицинском сканировании у караульного не возникнет. Я не могу гарантировать полноценный паёк твоим бойцам, но сделаю от меня всё зависящее, чтобы аварийная голодовка их системам не угрожала, — Джазз продолжал внимательно слушать, но более никак не выказывал интереса. Не понимая, в чём причина столь нелогичного поведения, Проул осознал, что постепенно утрачивает контроль над собственными эмоциями. — Я прикрываю тебя, Мейстер, я вывожу из-под удара твоих штурмовиков, но, шлак тебя дери, я хочу знать, ради чего подставляю шею!

— Ты не понимаешь, о чём просишь, — сипло отозвался Джазз. — Есть вещи сугубо личные, никак не пересекающиеся с рабочими отчётами.

— Так объясни мне! — Проул перешёл на крик: страх возможной потери истончал напускную сдержанность. — Пытаясь вам помочь, я уже совершил должностное преступление, а в обозримом будущем возможных нарушений планируется никак не меньше десятка. Но я готов отступиться от принятых правил и сохранить вашу тайну. В ответ же я прошу от тебя только одного — докажи мне, что я не ошибся и выбрал правильную сторону!

Тактик буквально ощущал тяжесть лейтенантского взгляда, здесь даже стеклопласт не спасал, как и осязал каждым сенсором чужой отчего-то очень мучительный выбор. Оставаться и дальше профессионально сдержанным никак не получалось, но, может, именно так и было сейчас правильно — орать, трясти, напористо доказывать, с надеждой заглядывая в узкий тёмный визор?

— Ты для меня ни разу не работа. Ты моё самое что ни на есть личное, — он и сам удивился прозвучавшему в голосе отчаянию. — И я тебе не враг, Джазз, и никогда им не буду. Но если бы я их сейчас не выгнал, тебя же на Гаррус бы сослали, ты это понимаешь или нет? Шлака ты творишь, лейтенант! Очнись! Вместе мы сможем придумать, как избежать трагедии. Только не молчи, помоги мне!

— Что ты конкретно от меня хочешь? — диверсант слабо пошевелился, пытаясь стряхнуть с плеч чужие манипуляторы, но полискар держал, словно скраплет. — В чём именно я должен сознаться? Ты опасаешься от нас предательства, Праул, или двойной игры? Но я могу тебя уверить, да хоть клятву на Великой Матрице принести, что автоботов никто из нас не предавал ни словом, ни делом. Моего слова для тебя достаточно, или затребуешь внутреннего расследования?

— Какое, к шаркам, внутреннее расследование?! — полискар был потрясён до глубины Искры. Он шумно выпустил воздух из вентиляционных решёток и проговорил уже чуть более спокойно: — Всё хорошо. Твоему слову я верю. А теперь просто объясни — мне объясни, — что у тебя происходит с близнецами? Вся команда видит, что ты их заметно выделяешь из прочих своих подчинённых. Ты хоть представляешь себе, какие слухи о вас ходят по базе? Один твой неверный шаг, и вас накроют колпаком! Поэтому сейчас всё буду делать я, а ты будешь паинькой. Передачки твоим ламборджини найдём возможность переправить. Но, шарк тебя заешь, я хочу знать, кому я их передаю и, собственно, за что! Как мне кажется, это весьма справедливое требование.

На долю клика Проул ощутил триумф: Джазз дрогнул и даже приоткрыл рот, но всё испортил истерический стук в дверь. Молотили так, будто на корабль напали объединённые силы десептиконов под личным предводительством Мегатрона.

— Старший тактический советник Праул, пожалуйста, откройте! Я-знаю-что-вы-там! — высокий, срывающийся от волнения голос Блюстрика разрушил таинство приватного разговора, напомнив двум меха, что они по-прежнему находятся на тесном, битком набитом другими трансформерами корабле.

— Шлак, — в один голос прокомментировали офицеры появление Блюстрика, синхронно отступая друг от друга.

— Открыть, — отдал приказ системам жизнеобеспечения отсека Мейстер, наблюдая, как к нему в кварту врывается серо-красное торнадо.

— Праул, сэр! Пожалуйста, выслушайте меня! Они-ни-в-чём-ни-в-чём-не-виноваты! Во-всём-только-моя-вина! Только… моя… — Блюстрик распластался диковинной звездой по объёмной нагрудной броне ошарашенного начальника, заглядывая тому прямо в оптику в тщетной попытке узреть в её глубинах нечто, ведомое, по видимому, только ему одному. — Пожалуйста, не наказывайте никого!

— Та-а-ак… Джазз, заблокируй выход, — отдав распоряжение, Проул бросил на партнёра предупреждающий взгляд. — А вы, рядовой Блюстрик, немедленно отцепитесь от моего капота. Два шага назад и смирно! — глядя на то, как молодой праксианец в ужасе отскакивает прочь и застывает посреди кварты недвижимым монументом, Проул как можно более строго поинтересовался: — Кто это "они", которые "ни в чём не виноваты"?

— Как кто? — подвис от неожиданного вопроса серо-красный меха. — Близнецы же… Штурмовики. Сайдсвайп и Санстрикер. Их же приказано арестовать!

— Кем приказано? — продолжал наступать Проул.

— Вами, сэр, — пролепетал окончательно сбитый с толку Блюстрик. — Максимальный срок, десять орнов без заправки…

— И кому же я отдал приказ? — вопросительно изогнул оптогрань полискар, чувствуя, что этот цикл по-хорошему не закончится. Ещё следовало выяснить, откуда юнглинг подчерпнул столь сомнительную информацию. Особенно его волновал тот неприятный факт, что совещание старшего командного состава окончилось менее брийма назад, Джаззу же этот самый несчастный брийм было определённо не до Блю, а близнецы к моменту появления тактика в кварте диверсанта уже находились там в компании своего командира. Как-то в стремительные и уверенные перемещения некоторых отдельных трансформеров в условиях, практически приближенным к боевым, наивные и непоследовательные метания юнглинга никак не вписывались. Тогда кто же столь оперативно слил тому закрытую информацию? Да ещё и напугал до кучи максимальной мерой, применяемой только к отъявленным негодяям.

— Б-близнецам, — еле слышно прошептал юный праксианец, вращая по сторонам расширенными окулярами, будто всерьёз ожидал обнаружить ламборджини спрятавшимися под столом или под платформой лейтенанта. — Они покинули наш общий отсек в спешном порядке, несмотря на объявленный к тому времени отбой. И-отказались-сообщать-мне-куда-они-пошли-а-они-всегда-всегда-мне-обо-всём-говорят!

В последнем наборе наслаивающихся друг на друга слов чувствовалось обвинение.

— Правильно ли я понял тебя, — невозмутимо поинтересовался тактик, про себя надеясь, что Джаззу хватит ума не вмешиваться, — что когда мы с лейтенантом присутствовали на совещании, близнецы внезапно сорвались в неизвестном направлении, ничем не объяснив тебе свои действия, из чего ты сделал вывод, что я подверг их дисциплинарному аресту максимальной строгости и срока? То есть, если разбирать твою логическую цепочку, то я могу со всей уверенностью предположить, что ты был прекрасно осведомлён о том, что Санстрикер и Сайдсвайп недавно совершили серьёзное дисциплинарное нарушение... и за всё прошедшее время не соизволил никому сообщить об этом?

Окуляры Блюстрика в ужасе расширились. Молодой трансформер втянул голову в плечи и затравленно кивнул в ответ. Потом в его взгляде мелькнули отголоски мучительного мыслительного процесса. Проул понял, что его заместитель только что принял для себя какое-то важное и отнюдь не лёгкое решение, ибо клик спустя начинающий аналитик и снайпер по совместительству сделал уверенный шаг вперёд. Взгляд Блюстрика отражал решительность революционера, приговорённого судом к немедленной аннигиляции.

— Этот проступок совершил я, — заявил он никак не ожидавшему настолько крутого поворота беседы тактику. — То есть, всё это безобразие мы совершали вместе. Так что я являюсь прямым соучастником. И, да… я-всё-знал-и-никому-ничего-не-сказал.

Проул ощутил серьёзную потребность взять за шеврон и вышвырнуть прочь из кварты эту глупую завравшуюся протоформу, но вместо этого только понимающе покивал.

— То есть ты сейчас старательно убеждаешь меня, рядовой, что преступление совершено ещё и группой лиц по предварительному сговору? Это, как ты должен понимать и сам, автоматически повышает меру наказания для ВСЕХ участников содеянного как минимум на один пункт, как раз озвученный тобою ранее: десять орнов без заправки в штрафном изоляторе. Но вот конкретно для тебя добавляется в таком случае ещё одна статья — укрывательство. Что повышает степень твоей вины и по совокупности предъявляемых к тебе обвинений является прямым билетом в штрафной батальон.

— Меня?.. В штрафной батальон? — броня молодого меха заметно посерела.

— Ну, а как ты хотел? — устало поинтересовался Проул. — Считай сам: злостное нарушение дисциплины — раз; совершённое группой лиц — два; укрывательство преступников — три. Ах, да, мы же ещё не выяснили саму суть нарушения, а там, глядишь, и сознательное введение командования в заблуждение прибавится. На пару ворн штрафбата вполне хватит. Ну, и соучастникам твоим как минимум десяточка без заправки с последующим увольнением из регулярных частей армии. Ну как, все расчёты у меня сходятся? — дождавшись неуверенного кивка, он строго продолжил. — То, что ты — герой, ценою собственного шлема готовый спасать подельников, я уже понял. Только при этом никак в толк не возьму, зачем ты для всех ещё срок-то повышаешь?

Ясная голубая оптика Блюстрика осоловело мигала. С каждым словом, произнесённым командиром, юный праксианец всё больше поджимал дверце-крылья, пока не свёл их за спиной окончательно, рискуя повыворачивать наболт все крепления стоек. Он молчал, наверное, с полбрийма, прежде чем тихо прошептать:

— А если я вообще всё на себя возьму, сэр, это поможет избежать ареста Сайдсвайпу и Санстрикеру? — красивый фейсплейт серо-красного меха скривился, когда тот с некоторой надеждой добавил: — Учитывая, что до сих пор у меня не было ни единого взыскания или выговора, начиная с учёбы в Академии, я же могу рассчитывать на снисхождение при вынесении окончательного решения?

Проул задумчиво изучал стоящего перед ним вчерашнего курсанта. Напуганный, но такой несгибаемый в своём стремлении защитить друзей во чтобы то ни стало. Как хорошо ему был знаком этот наивный вызов в прекрасных окулярах! Наверняка Блюстрик в эти клики казался самому себе неустрашимым и даже дерзким, на деле же скорее напоминая органического птенца, мокрого и всклокоченного. Зато сколько жертвенности, сколько благородства заложено в этой пылающей Искре с самой активации… Благородства, которое больше никто не сможет оценить, согласись сейчас Проул с его доводами. Разумеется, тот факт, что репутация Блюстрика до сих пор оставалась кристально чистой и не замаранной ни единым взысканием, действительно предоставила бы шанс молодому автоботу избежать ареста и последующего серьёзного разбирательства. Но на его блестящей карьере (в будущем, разумеется) в тактическо-логическом отделе был бы поставлен жирный крест. Нигде и никогда Блюстрик больше не смог бы рассчитывать ни на какую командную должность выше звания сержанта. Живой пример всегда маячил перед оптикой: Мираж — пожизненный исполнитель несмотря на всю свою гениальность. Такой участи для своего… эээ… воспитанника Проул не желал.

— Ну, допустим, мы сейчас всё сделаем, как ты просишь. Посмотрим, что из этого всего выйдет, — согласился Проул и достал из сабспейса рабочий датапад. — Что именно ты совершил, когда и при каких обстоятельствах?

— Эээ… — Блюстрик бросил умоляющий взгляд в сторону Джазза, но тот усиленно делал вид, что его тут вообще нет. Проул же молил провидение, чтобы лейтенант сделал из предстоящего диалога правильные выводы, ведь раскрывая молодому меха его заблуждения, тактик пытался на наглядном примере продемонстрировать самому Джаззу, как выглядят со стороны его необдуманные действия и решения.

Проул продолжал ожидать ответа, Мейстер — изображать из себя немую статую, так что в конце концов Блюстрику пришлось выдавить из заедающего вокодера:

— Забрался в медблок, разбил особо ценное оборудование. Больше ничего не помню…

Проул с некоторым трудом задавил ещё в зародыше истерический смешок. Показательная явка с повинной! Что один, что второй сегодня просто жгли напалмом, если выражаться на диалекте тех самых популярных нынче ламборджини. Вот только одному из этой пары были простительны столь вопиющие промашки, а другого впору было к Рэтчету отсылать на полное сканирование процессоров.

— Какое оборудование? Каким образом разбил? Когда это было? Как именно ты пробрался в закрытый медблок? Кто там находился в тот момент? Или как ты сумел обеспечить отсутствие рабочего персонала на период совершения противоправного действия? Каким образом ты удалил дежурного медбота с его поста и кто именно это был? — тактик максимально пытался соответствовать официальному тону профессионального расследования, на котором по глупости так настаивал Блюстрик. — Что, совсем-совсем ничего не помнишь? — Проул сочувственно покачал головой. — Тогда не тебя под арест определять надо, а того, у кого ты медкомиссию прошёл с пометкой "годен". Кто ж тебя, страдающего такой запущенной формой киберсклероза, до службы-то допустил? По твоим словам получается, что мы должны сослать на Гаррус-9 нашего Рэтчета по причине его полного служебного несоответствия и за грубую врачебную ошибку... Ну, что делать будем? Отправим Рэтчета под трибунал или прекратим уже маяться дурью и начнём говорить серьёзно?

Выждав максимальные при форсированных допросах наноклики, Проул прикрикнул на подчинённого, полностью ошарашенного новыми перспективами:

— Отвечать, рядовой!

Блюстрик от неожиданности подпрыгнул на месте и уставился на командира практически выбелившейся от переживания оптикой.

— Слушаюсь, сэр! Есть прекратить маяться дурью.

Проул тайком продул воздуховоды: всегда оставался мизерный, но всё-таки реальный шанс, что устроенное им представление будет воспринято перепуганным ботом в совершенно нежелательном для всех русле. Но слава Адаптусу, что не позволил юному дарованию от пережитого потрясения окончательно отрубить логические блоки.

— Тогда возвращаемся к тому, с чего начали, — Проул даже тон сменил, на более спокойный и располагающий. — Так зачем же ты искал меня, Блюстрик?

В огромных голубых окулярах молодого праксианца, расширенных сейчас на половину лицевой, блестел так и не пролившийся омыватель. Но голос при этом сохранил привычную твёрдость, когда Блюстрик наконец-то объяснил свои действия:

— Я беспокоился о моих друзьях, сэр. У них серьёзные повреждения после последнего сражения, а к Рэтчету они так и не сходили. Сказали, что само всё затянется… Им нельзя без заправки десять орнов. Никак нельзя, понимаете?

— А ты не считай командование глупее себя, — не сдержал раздражённого ворчания тактик. — И тем более не срывайся сломя голову вершить правые дела по одним только неподтверждённым слухам. А ты ведь, поди, так и не проверил поступившую информацию, а?

Низко опустив шлем, Блюстрик слабо кивнул, только подтвердив догадку командира.

— Не успел.

— Но тем не менее помчался! — укоризненно произнёс Проул. — А всё потому, что, не разобравшись, принял на веру обычные слухи! Тогда ты либо дурак, что полностью противоречит указанной в личном деле характеристике, либо источник, по твоему мнению, заслуживал доверия. Кстати, кто это был?

Вот здесь Блюстрик испугался уже по-настоящему: его выдала прокатившаяся волна дрожи по дверцам. Но следующие слова начинающего стратега доказали, что выбор Ред Алерта основывался на куда более глубоких выкладках, чем простое наличие у претендента красивой, праксианской оптики.

— Не имею права сдавать конфиденциальные источники информации, — упёрся Блю, сам того не подозревая, действуя строго по протоколу, разработанному лично Проулом для угодивших в плен автоботов. — Согласно действующим подпунктам 4.13 и 88.25 кодекса разведчиков, рекомендуемого к исполнению для тактическо-аналитического отдела, эти данные могут передаваться другому только под соответствующий Кодексу шифр.

Проул удовлетворённо кивнул, втайне ощущая неподдельную гордость.

— Молодец. Хоть что-то правильно помнишь. Но тем не менее объявляю тебе строгий выговор за недопустимо низкий уровень тактического мышления. Ты с каким отделом непосредственно сотрудничаешь? Специальных операций! Это ведение подрывной деятельности на самом переднем крае, если не в глубоком тылу противника. Вероятность попадания в плен при таком раскладе в разы выше, чем в любом другом подразделении. И что ты будешь делать на допросе — так же мямлить несусветную глупость, как и здесь, или пытаться в молчанку играть? Так вот, я тебя разочарую: ни того, ни другого у тебя не получится. Там сразу к пыткам переходят, а на ремонтном верстаке все ломаются, — да-да, и ты сломаешься, и нечего тут оскорблённо окулярами сверкать! Правда, ты всегда можешь гордо уйти в деактив, если успеешь, разумеется. Но в таком случае у меня возникает встречный вопрос: какая же главная задача у разведчика на миссии, напомни-ка мне учебный курс военной подготовки?

— Вернуться на базу с информацией! — бодро отрапортовал Блюстрик.

— Вот именно! — засчитал правильный ответ Проул. — Приоритетная задача разведчика — вернуться на базу, а не сдохнуть где-нибудь, пусть даже и сверхгероически. А вот чтобы не деактивироваться на радость противнику и товарищам своим предоставить необходимое время для организации спасательной операции, ты должен будешь на допросе непрерывно ГОВОРИТЬ! Да настолько складно и убедительно, чтобы к твоей версии подкопаться даже мнемохирурги не могли, не то что обычный дознаватель. А для этого у тебя в процессоре информация должна быть заранее по байтам разложена, классифицирована и отсортирована, чтобы тасовать ты её мог в любой последовательности и в любой нужный момент, — Проул устало провёл ладонью по лицевой, про себя упрашивая всех богов этой вселенной, чтобы Блюстрик никогда на собственном опыте не узнал, о чём тут ему с такой убеждённостью втирали. — Ладно, проехали… В свободное от работы время подойдёшь к Мейстеру и попросишь его прочитать тебе курс обучения по уклонению от допроса. Всё понятно?

— Есть обратиться за помощью к Мейстеру! — послушно подтвердил приказ Блюстрик, но с места не сдвинулся, буравя тактика откровенно несчастным взглядом.

Проул отметил напряжённость обоих стоящих перед ним трансформеров и махнул манипулятором.

— Тогда объявляю тебе благодарность за выдающуюся самоотверженность, проявленную ради спасения товарищей.

— Служу Кибертрону! — тут же выкрикнул Блюстрик. Полискар болезненно поморщился: строевая подготовка Айронхайда всё-таки сказалась, после оружейника все орали, не жалея вокалайзеров.

— Можешь быть свободен.

Наблюдая за тем, как молодой автобот выскакивает в предусмотрительно разблокированные хозяином отсека двери, Проул гадал про себя, понял ли Блюстрик вообще, что сейчас произошло. Но вот в том, что двусмысленность его действий не укрылась от Джазза, сомневаться не приходилось. Тот уже стоял вполоборота, вопросительно развернув локаторы в сторону партнёра.

— Да, объявленная мной благодарность Блюстрику автоматически сняла ранее наложенное мной же взыскание, — не стал ходить вокруг да около Проул. — Моей главной целью было не унизить его или напугать, а научить думать и просчитывать действия на несколько шагов вперёд. Кстати, насчёт обучения уклонению от допросов я не шутил. Потому что если я услышу такую же бессвязную чушь уже от твоих — сам неполное служебное схлопочешь. Либо вообще можем совместную программу разработать для всех подразделений, если ты не против, конечно.

Мейстер криво усмехнулся.

— Я тебя понял, командир. Прогоню все сопутствующие отделы по курсу ровным строем. Не боись. И твоего малька натаскаю.

Что-то в голосе диверсанта при этом насторожило Проула. Что за намёки? Всё это время тактик надеялся, что если кто и в курсе его самой сокровенной тайны, так это только Рэтчет. Главврач всё-таки. Ну, может ещё Оптимус: Прайму могли доложить как главнокомандующему. Но при чём тут Джазз?

— Я никого не выделяю из своего окружения, — ровным тоном сообщил Проул, давая тем самым понять начальнику по спецоперациям, что решение о самоликвидации выговора Блюстрику не означало, что у тактика появлялись фавориты. О том факте, что фаворитом как раз является сам Джазз, Проул решил деликатно умолчать. Не спарк, сам всё поймёт правильно. А если не поймёт, то и…

— Разумеется, — слишком поспешно и слишком подозрительно согласился первый лейтенант.

— Джазз, — не скрывая собственного раздражения, немедленно потребовал Проул. — Давай обойдёмся без великосветских выкрутасов? Если тебе есть, что сообщить по поводу Блюстрика, то говори лучше сейчас.

— А надо? — с нечитаемым выражением уточнил гонщик.

От резко накатившей усталости дверце-крылья повисли под разными углами. Проул уже понял — что бы ни прозвучало дальше, их отношения с Джаззом были безнадёжно испорчены. Теперь тактик был уверен: диверсант с самого начала был в курсе всего, только вида не подавал. Быть может, выжидал удобного случая, а может, считал, что не имеет права настолько глубоко залезать в чужой актив. Оба предположения были в равной степени обидными, каждое по своим причинам.

Проул молчал достаточно долго, с каким-то болезненным вниманием изучая точёные черты лицевой третьего в командовании. Будто запоминая, прописывая светлый образ во все архивы своей памяти. Мейстер тоже молчал. Молчал и не двигался, застыв посреди своего отсека причудливым миражом.

— Он ещё очень молод и глуп, — решение объясниться, пусть и в последний раз, далось не легко. Проул не умел выворачиваться наизнанку, доверять кому-то свои переживания и боль: всегда было не до того, да и некому. — Я не могу не волноваться за него. Я всегда буду прикрывать Блюстрика, в этом ты прав. Как смогу и столько, сколько смогу. Потому что он моя бэта.

— А они мои бэты, Праул, — тихо отозвался Джазз.

И Проул ощутил, как собственная Искра проваливается в какой-то неизведанный, узкий и бездонный колодец.

3.

Тактик с лёгким раздражением смотрел на близнецов; в ответном взгляде симпатии также не читалось.

— Учитывая ваш… кхм… богатый послужной список и целую кучу неснятых взысканий, — полискар наконец решил озвучить ближайшее и весьма безрадостное будущее штурмовиков, — довожу до вашего сведения, что увольнительной согласно графику не будет… в ближайшие несколько ворн.

Сайдсвайп со свистом втянул воздух системами, до предела расширив фокус окуляров. Проул знал, что новость звучит настоящим приговором; собственно, она так звучала практически для всех причастных. Ибо ламбы точно не смогут вести себя прилично настолько продолжительное время, так как это просто-напросто полностью противоречит их взрывной натуре; следовательно, что-нибудь отчебучит пытающийся отмазать их в очередной раз Джазз; а значит и Проул успеет отметиться. В общем, какая-то безрадостная картина вырисовывалась.

— Как вариант, могу предложить вам потихоньку отрабатывать задолженности штрафными дежурствами. Если увеличить работы в технических отсеках корабля на одну смену, то до ближайшей увольнительной вы как раз успеете расквитаться со всеми долгами.

Выражение лицевой Санстрикера воспроизвело целую гамму чувств: от настоящей ярости до непереносимой тоски. Его близнец спустя всего пару кликов полностью "отзеркалил" эмоции брата.

— Если вы согласны с моим предложением, — Проул обогнул стол и медленно уселся в своё кресло, — прошу подписать соответствующие формуляры. Вольно.

Когда перед форсерами на идеально отполированную столешницу опустились два заранее заполненных датапада, они совершенно синхронно вздрогнули. Но сначала Санстрикер, а потом и Сайдсвайп в полной тишине заверили предложенный договор оттиском своей сигнатуры.

— Отлично, — Проул убрал датапады в стол. — В таком случае не смею вас больше задерживать. Надеюсь, возражений против решения командования по поводу последнего инцидента, как и отпирательств, от вас не последует? Уже хорошо. Где гауптвахта, вы прекрасно знаете сами, а значит, доберётесь до места самостоятельно. А вот это, — перед удивлёнными братьями на стол опустился неприлично устаревшей модели, но вполне себе рабочий киберлитиевый транзисторный стабилизатор, — передадите начальнику караула. И скажете от моего имени, что тактический отдел своё слово всегда держит. Свободны.

Близнецы переглянулись, но стабилизатор с запчастями забрали и как можно быстрее испарились из кабинета первого заместителя Прайма. В том, что они не посмеют ослушаться, тактик не сомневался, но проследить за ними до места назначения всё-таки не мешало. Используя положенный по должности секретный код для подключения к системам видеонаблюдения Арка, Проул заблокировал входную панель и устроился перед голографическим экраном поудобнее. Представление обещало быть интересным.

Ни для кого не секрет, что Ультра Магнус отсутствовал на базе по уважительной причине, а точнее, из-за затянувшихся совещаний на далёком Кибертроне. В связи с его отсутствием вместо начальника гауптвахты всеми делами заправлял его заместитель, которому не было никакого дела до происходящего в обычно пустующих камерах. Да и смысл волноваться, когда туда сажают только своих, да ещё и за смешные по сути проступки? Таким образом, всё зависело от бойцов, получивших на ближайший орн разнарядку в охрану. А уж тут Проул постарался на славу.

Охохох

Видеть ваши работы на этом сайте - как маленький праздник! Спасибо за очередную замечательную историю, местами забавную, а местами и очень даже грустную.
На некоторых моментах спасения диверсантов из "логова Большого Козла" хохотала просто в голос, вот уж действительно, набрал себе Проул команду мечты)
Под конец фанфика заставили знатно понервничать, не люблю, когда хорошие персонажи страдают. Так что отдельное спасибо за ХЭ. И удачи в творчестве, будем ждать новых работ :-)

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • Use <!--pagebreak--> to create page breaks.

Подробнее о форматировании